- Хоть бы все оставалось как есть. Ведь при нынешнем положений в любое время может произойти непредвиденное.

Говоря об этнх невеселых делах в несколько шутливом тоне, Кэндзо встал из-за стола. Потом раздвинул фусума и вошел в соседнюю комнату, где лежала больная.

- И суп сьела, и молоко выпила? О-о, это настоящее событие. Нужно, чтобы она как следует ела.

- Если бы она еще могла принимать лекарство, а то примет - и её тут же вырвет.

Такой разговор услышал Ёити. Он до завтрака заходил к матери - жар у нее был значительно меньше, чем накануне и третьего дня. Говорила она не с таким трудом, двигалась гораздо свободнее. "Боли еще не прошли, но самочувствие значительно лучше", - это сказала сама мать. А теперь и аппетит появился - как знать, быть может, все тревоги уже позади и она пойдет на поправку. Так тешил себя надеждой Ёити, заглядывая в соседнюю комнату. Но в то же время он испытывал суеверный страх, что матери может стать хуже, если он раньше времени успокоится.

- Господин, вас к телефону.

Продолжая держаться за фусума, Ёити обернулся. Мицу, подобрав рукава, вытирала стол. А к телефону Ёити позвала служанка по имени Мацу, которая была старше Мицу. С мокрыми руками она стояла в дверях кухни, через которые виднелась всякая утварь.

- Кто просит?

- Даже и не знаю кто...

- Ну ладно, вечно ты со своим "даже и не знаю кто".

Ворча, Ёити быстро вышел из столовой. Ему почему-то было приятно отругать непонятливую Мацу при Мицу, которая ему правилась.

Он подошел к телефону - звонил сын аптекаря Тамура, с которым они вместе окончили школу.

- Здравствуй. Давай сходим в "Мэйдзидза". Там сегодня играет Иноуэ. На Иноуэ ты, конечно, пойдешь.